26 сентября с.г. в  конференц-зале Московской Соборной мечети состоялось заседание - Шура Совета муфтиев России под председательством Муфтия Шейха Равиля Гайнутдина.

В мероприятии приняли участие сопредседатели и члены Совета муфтиев России, заместители Председателя СМР и ДУМРФ, главы региональных Духовных управлений мусульман, имамы и сотрудники департаментов.

Как уже сообщалось ранее, участники заседания обсудили обращение Муфтия Чеченской Республики Салаха хаджи Межиева и вопросы, изложенные в документах, прошедшей в августе в Грозном Исламской конференции. Напомним, ровно месяц назад на данном форуме была выработана и принята фетва «Кто они – люди Сунны? («Ахлюс-Сунна-валь-джамаа»).

По мнению членов Совета муфтиев России, резолюцию, вызвавшую резонанс в России и за рубежом, необходимо пересматривать и существенно дорабатывать ввиду того, что она вносит раскол внутри страны, а также между российским и зарубежным мусульманским сообществом.

После рассмотрения данного вопроса и его обсуждения, участники заседания – Шуры единогласно проголосовали за текст, в котором содержится ответ Муфтию Чеченской республики.

Ниже приводим данное письмо:


            № 215-СМ от 29.09.2016                                     Председателю 
        в ответ на №219 от 22.09.2016            Духовного управления мусульман
                                                                                    Чеченской Республики
                                                                                     Муфтию  С. Межиеву


Ас-саляму алейкум ва рахматуЛлахи ва баракятуh!

Уважаемый брат, Салах хаджи!

Был рад получить Ваше Письмо с развернутыми Приложениями о состоявшейся 25-27 августа с.г. в столице Вашей братской республики городе Грозном «Всемирной Конференции мусульманских ученых на тему: "Кто они – последователи Сунны (Ахлю-сСунна ва ль-джама‘а)".

Полностью согласен с Вашим мнением о том, что "только путем единства и объединения усилий возможно достичь целей, которые стоят перед мусульманской Уммой Российской Федерации".
Благодарю Вас за Ваше предложение высказаться по поводу принятой на Конференции Фетвы "О неотъемлемых признаках отличия истинного Ислама от заблуждений". Вы просите "в случае согласия с условиями данной Фетвы" прислать "письменное подтверждение этому". В противном случае Вы просите прислать "научное обоснование" нашего несогласия и на такой основе провести научную дискуссию "в целях прийти к общему мнению".

Глубоко осознавая всю важность Вашего предложения, я вынес его на обсуждение  ежегодного заседания Шура Совета муфтиев России, состоявшегося 26.09.2016. 
Ниже следуют основные выводы, к которым единогласно пришли участники упомянутого Заседания Шура:

1. Нам представляется, что подобного рода общезначимые документы в принципе не поддаются однозначным оценкам типа согласен /не согласен, а научная дискуссия по ним не может ограничиться лишь двумя сторонами, но должна носить всероссийский характер с привлечением к ней всех заинтересованных полномочных сторон. 
Участие в отмеченной дискуссии представителей международного мусульманского экспертного сообщества также возможно, но при непременном условии тщательного отбора тех из них, кто обладает достаточным уровнем компетентности в исторических и нынешних реалиях российской мусульманской Уммы, отличительной (часто уникальной) особенностью которой оказывается ее исключительное этнонациональное и доктринальное разнообразие, не имеющее аналогов ни в одном другом регионе Исламского мира.
Обращает в этой связи тот факт, что на Грозненской Конференции международное мусульманское экспертное сообщество было представлено преимущественно теми регионами, в которых десятилетиями не удается потушить очаги острейших межмусульманских конфликтов, а сами эксперты имели, как чаще всего случается, весьма смутные представления о сути задач, которые стоят перед российскими мусульманами. 
К сказанному уместно добавить, что участие зарубежных гостей в Конференциях такой тематической направленности, какой была Грозненская конференция, было для них не в меньшей степени продуктивно, чем для нас самих. Ведь без всякого преувеличения поистине международную значимость все больше и больше приобретает российский опыт установления стабильного мира и позитивного надежного сотрудничества между различными направлениями и течениями, традиционно распространенными среди мусульманских народов России.
2. Сегодня для всех них объективно самой главной задачей является, конечно же, реализация Программы новой социализации мусульман, выдвинутой в конце 2013 года Президентом В.В.Путиным.
Это великий исторический шанс, открывающий для российских мусульман реальные возможности для решения сразу нескольких судьбоносных задач: восстановление животворной связи времен и поколений, порушенной воинствующим безбожием, и на такой прошедшей испытание веками основе восстановление духовно-культурных начал своей жизни и быта в условиях многонационального поликонфессионального российского общества, перед многочисленными народами которого стоят сходные задачи духовно-культурного возрождения.
3. Одним из непременных базовых условий для успешного решения многогранного комплекса актуальных задач, стоящих сегодня перед российскими мусульманами, оказывается восстановление прославленного в веках российского мусульманского богословия, представленного различными региональными богословскими школами, среди которых достойнейшее, но не единственное место занимают мусульманские школы Северного Кавказа с их уникальной исторической спецификой, представленной прежде всего и главным образом суфизмом и неотделимым от него мюридизмом.
И не удивительно, что в предложенной Грозненской Конференцией Фетве такая специфика отразилась в полной мере. Суфизм объявлен в ней как высшее путеводное основание, как возведенный по существу в абсолют решающий критерий принадлежности к Ахлю-сСунна ва ль-джама‘а. 
Но, естественно, что всякая абсолютизация несет с собой риск вольной или невольной субъективности в анализе и выводах из него. И это, на наш взгляд, нельзя упускать из виду при оценке места и роли суфизма в Исторической России. 
4. Следует признать, что в духовно-культурном развитии ее мусульманских народов не меньшую позитивную роль играло мусульманское Знание, распространявшееся из Поволжья, особенно со второй половины XVIII века – то самое Знание, что развивалось в русле джадидизма. Больше того, именно оно вышло далеко за пределы собственно России, уверенно шагнув как в метрополию Османской империи, так и в ее ближневосточные регионы, а также в китайский Синьцзян.
Лидеры российского джадидизма, как известно, устанавливали со второй половины XIX века в высшей степени продуктивные и взаимополезные творческие связи с корифеями арабской Нахды. 
5. Сегодня освоение богатейшего наследия выдающихся всемирно известных представителей российского джадидизма обещает подлинные прорывы в решении самых сложных, самых острых проблем и вызовов современности, включая и те, что были вынесены на обсуждение в ходе Грозненской конференции.
К сожалению, практическое игнорирование на ней их идейного опыта и теоретического наследия, привели к тому, что принятая на Конференции Фетва отразила по преимуществу реалии Северного Кавказа, причем далеко не всего, но лишь отдельных его областей.
6. Более того (на что следует обратить особое внимание), Фетва, детальнейший анализ которой был произведен на состоявшемся заседании Шура СМР, во многом приобрела (как по своему содержанию, так и форме) характер заключительного прокурорского обвинения в адрес ряда (заметим далеко неполного!) хорошо всем известных радикальных, экстремистских и террористических течений и сект современного Исламского мира. При этом все они оказались, как говорится, на одно лицо, поскольку все дело свелось фактически к их перечислению без раскрытия внутренней сущности каждого, кто попал в список такого перечисления. А ведь именно этого следовало ожидать от документа, озаглавленного как "Фетва о неотъемлемых признаках отличия истинного Ислама от заблуждений". Вместо раскрытия таких признаков она ограничилась выборочным (опять-таки далеко не полным!) перечислением имен тех имамов, которые, по мнению ее составителей, в наиболее концентрированном виде определяют неотъемлемые признаки отличия истинного Ислама. Таким образом, Фетва оказалась по существу документом, отсылающим ее читателей к штудированию трудов корифеев исламских наук. В таком подходе, конечно же, нет ничего предосудительного, но спрашивается: много ли мусульман, не имеющих специальной теологической подготовки, сможет откликнуться на такой призыв? Но зато у очень многих из них наверняка укрепится горькое представление о каком-то неизбывном расколе современной исламской Уммы.

К великому сожалению, составители Фетвы из-за вольного или невольного стремления безапелляционно делить мусульман на своих и не своих, оказались в ряду тех «кто расчленяет религию и разделяется на партии и к которым ты [Мухаммад] не имеешь никакого отношения. Аллах им судья. В последующем Он объявит им о том, что они делали» .
Сегодня, по нашему глубокому убеждению, нужно, как никогда раньше, помнить о строгом предостережении Священного Корана не становиться  из числа тех, кто разделил свою религию на разные группы, когда каждая из них радуется чему-то своему .

Дорогой брат, Салах-Хаджи, 

Детальный анализ Фетвы, проведенный по Вашему запросу, позволяет прийти к следующему общему выводу:

Чтобы приобрести для всех российских мусульман универсальный, всеобщий характер этот документ, несомненно, следовало бы существенно доработать, причем, по нашему глубокому убеждению, сделать это надлежит не на основе отдельных двусторонних обсуждений Чеченского муфтията с заинтересованными компетентными централизованными организациями российских мусульман, но на основе самого широкого всероссийского обсуждения в научных богословских изданиях и специализированных религиозных СМИ, выступающих в качестве информационно-просветительских органов Централизованных духовных управлений российских мусульман. Такое обсуждение стало бы научным преддверием для проведения специальной представительной Конференции, которая, ин ша Аллах, дала бы российским мусульманам Документ, надежно ориентирующий их в тех неотъемлемых признаках истинного Ислама, что отличают его от заблуждений.

Уместно также заметить, что реализация нашего предложения, помогла бы,  помимо прочего, погасить достаточно заметную волну реакции недоумения, вызванную принятием Фетвы и попытками ее распространения в качестве универсального Наставления для всех российских мусульман.

И да поможет нам всем Аллах в осуществлении наших добрых намерений и дел!
Поистине, Слышащий Он - искреннему зову о помощи Внимающий.

С искренним уважением и добрыми молитвами,
                                                      
Муфтий Шейх Равиль Гайнутдин
Председатель Совета муфтиев России,
Председатель Духовного управления
Мусульман Российской Федерации